Орфографическая ошибка в тексте

Послать сообщение об ошибке автору?
Ваш браузер останется на той же странице.

Комментарий для автора (необязательно):

Спасибо! Ваше сообщение будет направленно администратору сайта, для его дальнейшей проверки и при необходимости, внесения изменений в материалы сайта.

1. Краткая история создания монастыря

Начало истории Цивильского Тихвинского монастыря связано с крестьянс­кой войной 1667-1671 годов под предводительством "лихоимца" Стеньки Рази­на, которая не обошла стороной и Цивильские земли. 1 октября 1671 года "во­ровские казаки" подошли к стенам города и начали штурм. Как известно, Ци-вильск изначально был выстроен в 1589 году как крепость, имел крепостные стены из дубовых кряжей с глубоким рвом и охранялся вооруженной силой, преданной царю, состоявшей из 250 стрельцов, примерно 5 пушкарей и около десятка наемников-ландскнехтов. И взять такой город было не так-то и просто. Долго пытались казаки взять город, но не смогли, и решено было взять кре­пость голодом, окружив его. Когда жители потеряли надежду отстоять свой го­род и хотели уж пробиваться сквозь кольцо казаков для того, чтобы бежать в соседние Чебоксары, остановило их то, что во сне Иулиане Васильевой, про­стой гражданке Цивильска, привиделась икона Пресвятой Богородицы, и услы­шала она от святой слова: "Дабы люди сидящие во граде, сидели крепко: каза­ки город не возьмут, а когда город получит спасение, то жители бы построили бы монастырь позади града между реками Большого и Малого Цивиля и между болотами и Стрелецких лугов". Действительно, цивиляне отстояли свой город, и через четыре года на месте, указанном самой Богородицей, сверкала купо­лами церковь во имя Вознесения Господня с приделом во имя пресвятой Бого­родицы Тихвинской. Эта церковь, построенная по обету цивильским стрельцом Рязановым Стефаном Ивановичем, вскоре станет храмом созданного Возне­сенского мужского монастыря. Для монашествующих были отстроены келий и хозяйственные постройки.

Иконостас храма был написан славившимся в те времена иконописцем - сы­ном священника Свияжской Благовещенской церкви - Ефимом Васильевым. Сам храм позже был дважды перестроен и в 1744 году был освящен во имя иконы Тихвинской Божией Матери.

Как было сказано выше, монастырь был мужским. Женским он стал 18 янва­ря 1871 года по решению Казанской Консистории, а причины к такому преоб­разованию были следующие:

Несмотря на то, что Цивильскому Тихвинскому монастырю базары и ярмар­ки (которых было две - Тихвинская с 20 по 26 июня и Ильинская с 20 июля) приносили немалые доходы от торговли восковыми свечами, иконами, креста­ми, и даже кошельковые и кружечные сборы-подаяния солидно пополняли мо­настырскую казну, монастырское хозяйство пришло к расстройству и упадку. А все из-за ежегодных разливов Цивилен, которые разрушали почти все здания монастыря, как каменные, так и деревянные. К концу 60-х годов XIX века почти все они пришли в негодность. Так же в последние годы существования мужско­го монастыря было крайне мало монашествующих. Так, по перечневой ведо­мости за 1867 год в монастыре состоят: 1 строитель, 2 иеромонаха, 1 иеродиа­кон, 8 послушников и ни одного монаха. К тому же, помимо внешних хозяй­ственных проблем и малого числа монашествующих, причиной оскудения оби­тели стало и внутреннее его состояние - братья стали вести недисциплиниро­ванный и нетрезвый образ жизни. Доказательства тому - сохранившиеся заяв­ления на провинившихся.

Такое жалкое положение монастыря и поведение монашествующих, есте­ственно, приводило к мысли о его упразднении, и Архиепископ Антоний, посетив Цивильск в 1869 году, дал предложение Консистории закрыть Цивильский монастырь. Но граждане города Цивильска, дорожившие монастырем и чудо­действенной иконой Тихвинской Божией Матери, просили Его Преосвященство в составленном приговоре от 25 сентября 1869 года сохранить монастырь. В ответ на приговор Архипастырь сделал гражданам предложение через Консис­торию преобразовать мужской монастырь в женский, мотивируя это тем, что женские обители в Казанской Епархии отличаются лучшим благоустройством в сравнении с мужскими и что желающих принять монашество в женский монас­тырь больше, нежели в мужской.

Так, 30 декабря 1870 года, по указу №2852 Святого Синода, монастырь был преобразован в женский, а 18 января этого же года Казанская Консистория подтвердила это решение своим указом.

Итак, к концу 60-х годов XIX века почти все здания монастыря были полураз­рушены: в келиях нижнего этажа все полы были сгнившими и выдранными, печи развалены, в стенах зданий были значительные трещины, штукатурка в храме во многих местах обвалилась - все здания требовали непременного капиталь­ного ремонта. Соответственно новый хозяин монастыря - настоятельница - дол­жна была быть хорошим хозяйственником, политиком, умелым и требователь­ным руководителем, способной повлиять на других сестер своим примером. Этим необходимым качествам вполне отвечала назначенная настоятельницей мона­хиня Херувима, уроженка Курской губернии из семьи священнослужителя. Пе­реведена она была в Цивильский монастырь из Казанского женского монасты­ря. Примечателен один интересный факт: едва только новая настоятельница вступила в обитель (март 1871 года), как через несколько дней начался разлив реки Цивиль, и во время литургии ледяная мутная вода хлынула в самый храм, и заканчивать службу пришлось, стоя на скамьях. И такая ситуация была почти каждую весну, вода, заливая всю территорию монастыря, оставляла в зданиях множество мусора, ила и грязи, уничтожала штукатурку. Поэтому монастырю срочно требовались немалые денежные средства на укрепление берега и ре­монт построек. Таковых средств у монастыря не имелось, а пожертвования от граждан города были ничтожно малы для работ такого масштаба.

Благотворителями по обновлению монастыря стали казанский купец 1-й гиль­дии Василий Никитич Никитин и его супруга Мария Ивановна. Происхождения Василий Никитич был крестьянского, из Владимирской губернии. Обученный грамоте еще "с младых ногтей", рано начал работать извозчиком. Был у него дядя - богатый купец Кондырин, проживавший в Казани. После смерти его все немалое имущество перешло в наследство Василия. Честность, исправность и обязательная аккуратность сделали его имя самым громким и почетным как между московскими, так и между казанскими и зауральскими купцами. Его тор­говые обороты бьг,и на миллионы рублей. Помимо этого он владел огромным постоялым двором, двумя большими пароходами и десятками барж.

В первую же поездку в Цивильск В. Н. Никитин скупил для монастыря весь заготовленный в городе кирпич. Затем весною он приобрел огромные плоты строевого леса, которые были доставлены по реке к самым стенам Цивильско­го монастыря. А летом в Цивильскую обитель прибыл большой отряд строите­лей. Сразу же были отстроены новые просторные келий, монастырь обнесли высокой каменной оградой, были построены часовни, высокие красивые воро­та для въезда на территорию монастыря. Кроме того, со всех сторон устроены глубокие канавы и высокий земляной вал, что устранило опасность наводнений. Капитально был отремонтирован храм: заменен цоколь, окна возвышены и расширены, сложены две красивые печки, за алтарем поставлена третья -железная; стены храма были оштукатурены и покрашены, все рамы в окнах заменены новыми, снаружи храм был выбелен, а крыша окрашена медянкою. В монастырь было доставлено много новой утвари: одеяний, подсвечников, лампад...

Когда монастырь опять посетил архиепископ Казанский Антоний, он был изум­лен таким быстрым возрождением монастыря. Он был встречен священником монастыря со святым крестом и настоятельницей монастыря со всеми сестра­ми при пении "Достойно есть". В тот же день на божественной литургии настоя­тельница монастыря монахиня Херувима возведена в сан игуменьи.

Участие В. Н. Никитина в судьбе монастыря не ограничилась этими благоде­яниями. На его средства был заложен новый, принципиально отличавшийся сво­ей архитектурой от церквей того времени главный храм, корпус которого со­хранился до наших дней. За время строительства этого храма была поставлена деревянная церковь, пожертвованная чебоксарским купцом Ефремовым, ко­торая была освящена во имя священномученика Харлампия. Кстати, построен­ная совсем недавно на территории монастыря деревянная теплая церковь 23 февраля 2001 года была освящена в честь Св. Харлампия:

К сожалению, Василию Никитичу так и не привелось увидеть главное укра­шение монастыря и главное свое дело - новый храм: он умер внезапно 1 октяб­ря 1880 года. Недолго после него жила и супруга его. Похоронены они были возле нового храма, с правой стороны. А строительство этого храма велось еще 6 лет после смерти Никитина. Пожертвовал он монастырю в общей слож­ности около 37000 рублей. Кроме него на строительство пожертвовали цивиль-ский мещанин Иван Нагасов -100 рублей, цивильский купец Петр Федорович Зарубин - 100 рублей, московский купец Василий Матвеевич Мальцев - 750 рублей, Нижегородский купец Степан Иванович Зяблов - 2550 рублей, неизве­стные люди внесли в казну монастыря 800 рублей. Некая Прасковья Андреевна Наживина внесла на строительство храма 2100 рублей. Всего же на строитель­ство его было израсходовано 43900 рублей 30 копеек.

И храм получился на славу - высок, широк, светел. Престолов было три - в ряд, главный в честь Тихвинской иконы Божией Матери, с правой стороны в честь Вознесения Господня, а с левой - в честь всех святых. Храм был построен очень удачно с точки зрения архитектуры: внутри перед взором каждого моля­щегося открыто все, что совершалось в храме. Традиционно над входными две­рями с запада располагались хоры для певчих. Над серединой храма возвы­шался обширный купольный барабан с целым рядом окон, между которыми были изображены девять ангелов, а в самом верху - изображение Господа Бога Саваофа с благословляющими руками. Алтарей и иконостасов, как и престо­лов, было три. Все стены и арки храма были во фресках, где изображались большие фигуры святых.

    Говоря о монастыре, невозможно упомянуть о его хозяйстве. Монастыри все­гда были крупными землевладельцами. Цивильскому Тихвинскому монастырю принадлежали довольно большие пашенные и сенокосные земли, более 30 де­сятин выгонной земли, отведенной монастырю еще в 1797 году указом Павла I. С 1838 года во владении монастыря были 144 десятины леса. Имелись 3 рыб­ные ловли "Чувашская пустошь", "Оползино" и в Чекурском затоне и речные переправы, которые монастырь сдавал в аренду примерно за 400 рублей в год различным дельцам. Монастырю принадлежала мукомольная мельница на реке Сулица Свияжского уезда, которая, правда, в 1892 году пришла в негодность из-за изменения русла реки весной, до этого мельница сдавалась в аренду за 30 рублей в год. С 1-го января 1692 года монастырь получил в надельное пользо­вание две земельные статьи: Сундырская в 17 десятин 1900 кв. саженей и Ки-бечинская в 17 десятин 1500 кв. саженей; они находились примерно в 30 вер­стах от монастыря. Процитируем архивный документ: 'Монастырю принадлежат следующие угодия:

а) пашенная и сенокосная земли,

б) рыбные ловли с растущим по берегу Волги кустарным лесом,

в) мукомольная водяная о двух поставах мельница,

г) две лесные дачи, состоящие из 150-ти десятин.

Пашенная и сенокосная земли состоят из нескольких участков, находящихся в разных местах,на которые в монастыре имеются пять специальных планов с межевыми книгами. Пашенные земли, значащиеся по двум планам - в первом

- тридцать десятин 1112 кв. сажени, а во втором - восемь десятин 2004 кв. саже­ни - возделываются самим монастырем. Восемнадцать десятин 1941 кв. са­жень сенокосной земли, называемой "Кочки", обрабатываются тоже монасты­рем. Двадцать четыре десятины 1181 кв. сажень сенокосной земли, называе­мой "Прорва", в том числе две десятины 230 кв. саженей пашенной земли, воз­делываются монастырем же. Сверх того монастырю принадлежат еще восем­надцать десятин 1070 кв. саженей сенного покоса, находящихся при самом мо­настыре. Все вышеперечисленные земли, пашенная и сенокосная, пожертво­ваны монастырю, но когда и кем, неизвестно. Они лежат в Цивильском уезде, в близком расстоянии от монастыря.

Рыбная ловля с растущим по берегу кустарником находится в Чебоксарском уезде, в местах, называемых "Чувашской пустошью", "Оползино". В специаль­ном плане межения, усчитанном в 1795 году, декабря 5 дня, внутри владения, отмежеванного от всех смежных владений одной окружною межой, показано дровяного леса одиннадцать десятин 1981 кв. сажень...

Две лесные дачи, отведенные монастырю в 1876 году вследствие прошения Игуменьи Херувимы, по ходатайству Его Высокопреосвященства, Высокопре-освященнейшего Антония, Архиепископа Казанского, Министерством Государ­ственных Имуществ, заключаются в двух участках: в Кошко-Куликчевской даче

- тридцать десятин и 1343 кв. сажени и в Северной части даче Тугаевской -119 десятин 127 кв. саженей.

Дачи эти отмежеваны Губернским Техником Шмидтом при участии уездного лесничего Соловьева и депутата с духовной стороны благочинного Цивильско-го Протоиерея Лазаря Беляева. План на обе Дачи, составленный вышеупомя­нутым землемером Шмидтом, хранится в монастыре с прочими документами..." (Ведомость о Цивильском Тихвинском монастыре за 1883 год. Национальный архив республики Татарстан, Казань, фонд 4, опись 114, дело 6).

*     *     *

Монастырь имел также немало недвижимости: в Казани имелись два боль­ших каменных дома-представительства монастыря. Дома имелись и в Цивиль­ске.

За монастырской стеной в восточной стороне с 1871 года был устроен скот­ный двор: вместительные конюшни, хлев для скота, сеновалы, два больших погреба и два деревянных дома для проживания помощников при дворе. Мона­стырь имел свою баню и большой сад. Также содержалась небольшая больница на шесть коек и школа. Около центрального входа на территорию монасты­ря летом всегда был цветник из роз.

Помимо многочисленных работ по хозяйству сестры занимались рукодели­ем: вязали чулки, носки, стегали одеяла, вышивали бисером, не на последнем месте было занятие живописью.

Если говорить о финансовом благосостоянии монастыря, то необходимо от­метить, что основные доходы и источники средств Тихвинского монастыря были ассигнования из государственной казны, где была особая статья о монастырях. Также приток денег был от процентов различного рода ценных бумаг и доходы от принадлежавших монастырю хлебопашенных земель, участков леса, рыб­ной ловли, переправ и водяной мельницы, сдаваемых в аренду. Некоторый до­ход приносили и свечные, кошельково-кружечные, молебные, просфорные и другие сборы и подаяния. Была налажена постоянная продажа иконок, картин на библейские сюжеты и видов своего монастыря, четок, крестов, колец.

Годовой денежный оборот монастыря в год равнялся примерно 100000 руб­лям,

Все живущие в монастырской обители подразделялись на монахинь, рясо­форных послушниц и послушниц-белиц. Причина такого деления - существова­ние в монастырях системы духовного роста -совершенствования. Сначала при­нявшая решение покинуть мирскую жизнь и посвятить ее Богу, живя в монас­тыре, носила мирскую одежду, работала и присматривалась к жизни в обители. При примерном поведении в определенный срок она становилась достойной носить рясу, становилась рясофором (греч. - "носитель рясы"). Далее, по исте­чению определенного срока и соблюдении монастырского устава, над рясо­форной послушницей совершали обряд пострижения - игуменьей выстригался крест в волосах на макушке головы послушницы. Причем соблюдалась тради­ция: послушница должна была трижды подавать ножницы игуменье, и только на третий раз та соглашалась совершить пострижение. Это означало, что по-слуш н ица дает три обета: целомудрия, нестяжательства - отказа от любой соб­ственности и обет послушания. Постриженная получала новое одеяние черно­го цвета из грубой шерсти, и, как заново рожденная, получала новое имя.

Так, например, на 1897 год в Тихвинском женском монастыре значились 1 настоятельница, 1 схимонахиня (в отличие от монахинь имела более строгие обеты и вела отшельнический образ жизни), 26 монахинь, рясофорных послуш­ниц - 34,153 послушницы и 11 проживающих. Всего 226 человек.

Настоятельницей монастыря, как было сказано выше, была Херувима. Про­была она в этом сане до самой смерти (7 декабря 1896 года). Она умерла мо­ментально и без боли от порока сердца, все 70 лет жизни отдав монашеству и 25 из них - службе в Цивильском монастыре Тихвинской Божией Матери.

Второй настоятельницей монастыря стала Антония, утвержденная указом Святейшего Синода от 3 марта 1897 года за №1015. Третьей и последней настоятельницей (до 1925 года) была игуменья Асенефа, утвержденная 8 апреля 1909 года.

В монастыре правой рукой настоятельницы была келарь - заведующая нема­лым монастырским хозяйством. Далее по важности была казначей, в обязан­ностях которой было следить за припасами и общим благосостоянием монас­тыря.

Службу в храме проводили сами монахини, и лишь священник и диакон в монастырях всегда были мужчины. Первым священником в женском монастыре был благочинный села Воскресенских Шигалей Цивильского уезда Капитан Подобъедов, служивший в иерейском сане. Окладное жалованье священника тогда было 300 рублей в год, помощник священника получал 250 рублей. В1878 году на должность Священника вступил Александр Билетов, служивший до это­го в среднем отделении Духовной Семинарии, он же являлся членом уездного отделения Епархиального Училищного Совета и занимал должность законо­учителя в монастырской школе.

Вся жизнь в монастыре регламентировалась особым уставом, в котором были обязательны три принципа: равенство сестер, послушание настоятельнице и четкое распределение обязанностей. День в монастыре начинался очень рано. Как только показывалось солнце, будильница шла к дверям келий игуменьи, кланялась и громко произносила "Благослови и помолись за меня...". Проснув­шись, настоятельница отвечала "Бог спасет тебя". Далее будильница давала распоряжение бить в колокол, шла по келиям и будила монахинь со словами "Благословите святые". Вскоре удары колокола призывали всех на молитву в храм, и монахини собирались у церкви. Сначала священник и его помощник диакон. В храме все выстраивались также по чину, справа впереди настоятель­ница, слева келарь; священник с диаконом перед алтарем. Утренняя служба (бдение) продолжалась около пяти часов. После службы обычно наступала тра­пеза, перед которой всеми также произносилась молитва, и входили в трапез­ную только с третьим колоколом. В обычные дни было две трапезы - обед и ужин, на которые подавали варево (суп) и сочиво (каша), причем при приготов­лении еды соблюдали определенные обязательные ритуалы (например, раз­жигали огонь на кухне только от лучины, зажженной священником от лампады в храме). Во время еды никто не разговаривал, а одна из монахинь читала ре­лигиозные сочинения поучительного характера. По окончании трапезы мона­хини с пением псалмов шли к храму, совершали перед его стенами молитву и расходились по келиям, где занимались чтением богословских книг, молитвами либо работали по хозяйству или занимались рукоделием. Во время постов мо­нахини имели всего одну трапезу в день и больше времени отдавали молитвам.

В 1872 году при Цивильском Тихвинском монастыре миссионерской органи­зацией "Братство святителя Гурия" была открыта школа для девочек, с препо-дованием закона Божьего и грамоты. Замечательно было то, что в этой школе в отличие от других преподавание происходило и на русском и на чувашском языках, так как многие дети знали только родной язык. В 1897 году в октябре школа святителя Гурия была переименована в церковно-приходскую. В 1911 году была закрыта, как не вошедшая в школьную сеть. В школе обычно обуча­лось около 40 девочек, одна треть которых была из семей как-то причастных к церквям и религии, около 50 процентов - из простых чувашских семей, осталь­ные - из русских.

 


   Охрана труда в Чувашской Республике          

Система управления контентом
429900, Чувашская Республика, г.Цивильск, ул.Маяковского, д.12
Телефон: 8(83545) 21-2-15
Факс: 8(83545) 21-3-63
E-Mail: zivil@cap.ru
TopList Сводная статистика портала Яндекс.Метрика