Чувашская республика
Официальный портал органов власти
ОФИЦИАЛЬНЫЙ САЙТ
Орфографическая ошибка в тексте

Послать сообщение об ошибке автору?
Ваш браузер останется на той же странице.

Комментарий для автора (необязательно):

Спасибо! Ваше сообщение будет направленно администратору сайта, для его дальнейшей проверки и при необходимости, внесения изменений в материалы сайта.

Часть 2

* * * В числе сохранившихся документов о старых Чебоксарах есть два: панорамный фотоснимок 1907 года и план города 1908 г. Воспользуемся ими для продолжения рассказа о Чебоксарах начала ХХ века. Фотоснимок сделан, по всей вероятности, с Ярилиной горы, места будущей глазной больницы, с направлением в сторону Базарной (Красной) площади. В зоне фотоохвата — центр, восточная, юго-восточная и южная части города. Неизвестный фотограф выбрал возвышенность, под которой лежала низина, в наше время очищенная от строений в порядке подготовки ложа залива, где затем образовался сам залив. На переднем плане снимка два деревянных дома с надворными строениями. Вправо от них — одноэтажный дом с мезонином и надворными постройками. Дом принадлежал мещанке А. М. Александровой — матери известного в Чебоксарах строителя В. Н. Александрова, автора проектов и прораба строительства зданий Главсуда (Верховного), Дома крестьянина и др. В 1920—1930 годах в доме Александровой помещался Народный Комиссариат здравоохранения Чувашской АССР. Здесь же в 1922—1924 годах во дворовом флигеле находился Дом матери и ребенка. После постройки Дома Советов Наркомздрав переехал в новое здание. За пешеходным мостиком, что левее Наркомздрава, начинался Покровский (Речной) переулок. Украшением местности и города была Покровская церковь. Та, что на фотографии, построена в 1720 году. До нее на этом месте в 1672 году стояла деревянная. Каменная же сооружена на средства купцов Полубарьева, Колокольникова и других. Трехпрестольная в честь Покрова Пресвятой Богородицы церковь имела приделы: справа — во имя всех святых, слева — Петра и Феврония Муромских Чудотворцев. В приходе церкви состояли деревни: Малые Катраси, Яушево и Кошки. В советский период, с тридцатых по шестидесятые годы, в церкви размещался хлебозавод, мало чем отличавшийся от кустарной пекарни. В военные годы сюда как бы невзначай заглядывали люди, чтобы надышаться «хлебного духу». С юго-восточной и южной сторон церкви находилась Хлебная площадь, застроенная купеческими амбарами и входившая в состав Базарной площади. В базарные дни сюда съезжались крестьяне. Между возами сновали купцы и их приказчики, приценивались к товару. Некоторые отчаянные головы, не довольствуясь рынком, выезжали за город и ловили чувашских крестьян на пути в Чебоксары, закупали зерно по низким ценам, засыпали свои амбары, а весной с открытием навигации на Волге продавали дороже. Бывало, что отдельные купцы не спешили с продажей, ожидали неурожайного года. Таков закон частной собственности, закон рынка: для одних радость, для других горе. У А.Студенецкого в романе-хронике «Клад» описан подобный случай. Перехватчиков он сравнивает с волками, выходящими на свой звериный промысел. Между тем в Российской империи существовал порядок, запрещающий перехват. Государева казна была заинтересована, чтобы торговля зерном не производилась в обход базара. В чувашском государственном архиве я читал рапорты работников надзора от 1801 года, адресованные в Государственную думу, и пытался понять затягивающиеся расследования властей в отношении самовольства купцов. Слева на фотографии красиво смотрится двухэтажное здание с мансардой. Дом принадлежал богатому лесничему А. Н. Клюеву. Он был членом городской управы, слыл человеком со странностями. В доме на втором этаже внутренней лестничной площадки с винтовой лестницей в мансарду хозяин, подражая обстановке речных судов, выстроил капитанский мостик, установил звукоусилитель. Когда находил нужным, с командного пункта подавал сигнал «Свистать всех наверх!» Домочадцы сбегались на площадку и выслушивали ценные указания. Эту семейную сцену запомнил старожил города, ровесник века С. А. Андреев (ныне покойный), помогавший мне в работе своими воспоминаниями о старых Чебоксарах. В данном здании в начале советского периода непродолжительное время находилась женская прогимназия, затем школа-коммуна. В середине двадцатых годов в ней завхозом работал будущий народный поэт Чувашии Николай Иванович Шелеби (Полоруссов). Несколько позднее в здании размещались Чувашский научно-исследовательский институт языка, литературы, истории и экономики, а также научная библиотека, открытая при содействии Н.К.Крупской. В фондах библиотеки были старинные издания, ценные для изучения истории развития человеческого общества. В небольшом и уютном читальном зале библиотеки — столы для индивидуального пользования. Тишина располагала к углубленным занятиям, раздумью. Книжный фонд позволял заниматься и исследовательской работой. Однако библиотеку в порядке сокращения штатов закрыли, а через несколько лет, когда ее фонды передавались научно-исследовательскому институту, многих изданий уже недосчитались. Угловое двухэтажное деревянное здание в глубине фотоснимка называлось домом Решетникова. Эта фамилия в списке купцов 1913 года не значится, не упоминается она и в списке муниципализированных владений. В годы нэпа в доме размещалась пекарня с русскими печами, шла бойкая торговля горячим хлебом, плюшками и кренделями. Хозяин не гнушался сам выпекать хлеба, булки, пряники и печенье. Мастером он был на все руки — хлеба эти до трех дней сохраняли свою свежесть. Покупатели и газеты того времени высоко отзывались о качестве его товара. В названном доме до войны одно время размещались биржа труда для безработных, затем общежитие — сначала строительного, потом медицинского техникумов. В центре фотографии — Базарная площадь. О ней подробнее будет сказано позже. Весной 1926 г. площадь была затоплена половодьем. Смельчаки плавали на лодках. В том же году был сооружен первый для того времени крупный объект — здание Главсуда. К востоку от Базарной площади на фото просматривается двухэтажное кирпичное здание, где размещался трактир с номерами для приезжих. Здание принадлежало Иевлевым. В подвальном помещении — винные погреба. Первый этаж покоился на сводчатом кирпичном перекрытии. От названного здания в сторону Волги начиналась улица Рождественская (Союзная). За Наркомфином протекала Кайбулка. За нею виднеется Воскресенская церковь. Она как архитектурный памятник ХVIII в. (1758 г.) сохранилась до наших дней, но требуются большеобъемные реставрационные работы, пока удалось восстановить колокольню, центральную часть — все, что было разрушено в послевоенные годы. Реставрированную церковь намечалось использовать под музей истории Чебоксар, но музей не состоялся и Епархия использует ее по своему назначению. Однако вернемся к Покровской церкви. Здесь Речной переулок под углом девяносто градусов поворачивал к югу и выходил на Новомосковскую (Ленина, Нижегородскую) улицу. Угловое двухэтажное полукаменное здание до революции принадлежало купцу Визгину. По диагонали на юго-восток — двухэтажное кирпичное здание. Оно принадлежало купцам Игумновым. Низ занимал магазин, на втором этаже вплоть до 1933 года — почта, позднее — Дом политпросвещения и детская библиотека имени Н. К. Крупской. Это здание составляло угол Базарной площади и улицы, идущей вверх в южном направлении. Она называлась Почтовской (Архангельская — Троцкого Первая — Ленинградская). * * * Откуда начинается отсчет расстояний между городами? От здания почты. Так было еще в стародавние времена. В Чебоксарах почта до 1918 года находилась в доме Боне на углу улиц Розы Люксембург и Чернышевского. Эту французскую фамилию помог мне разгадать тот же Сергей Александрович Андреев. Боне оказался обрусевшим потомком бывшего французского военнопленного 1812 года. После пожара в 1918 году на короткий срок почта переходит в дом Черкасова (ул. Чернышевского), а затем в дом Игумнова на Красной площади. Почтовая связь как одна из форм общения людей различных регионов существовала давно. От пешего человека, всадника с сигнальной трубой через плечо, напоминающего бродячего музыканта, до почтовой кареты, специально снаряженного экипажа, от почтовых голубей, весельных и моторных лодок, судов, преодолевающих водные пространства морей, до почтовых вагонов железнодорожных поездов, от проволочной телеграфной до беспроволочной радиосвязи, от самолетов до космических аппаратов — таков многовековой путь развития технических средств и способов связи. Эту схему можно проследить, обозрев панно, исполненное в чеканке по металлу на торцовой стене операционного зала существующего Главпочтамта. Небольшая, но многолюдная площадь — перекресток в конце Карла Маркса и в начале проспекта Ленина — по ноябрьским праздникам становилась местом массового посещения чебоксарцев и гостей. На фасадной стене почтамта зажигались до 35 тысяч электрических лампочек светозвукового панно очередной тематической экспозиции. Так было и не стало. Площадку перед почтамтом городские власти пытались назвать площадью имени Чапаева, но искусственное надуманное название не прижилось. Почтовая связь существовала в Древней Руси и Волго-Камской Болгарии. Действовала так называемая «почтовая гоньба». Есть упоминание о почтовой станции в Чебоксарах еще в 1773 году. В 1853 году в документах названа как почтовая контора. В 1865 году организуется телеграфная станция. В 1885 году на базе слияния телеграфной станции и почтовой конторы появляется почтово-телеграфная контора. За минувшие сто лет в корне изменилась почтовая служба. В этом нетрудно убедиться по статистическим данным работы почты в сопоставлении с 1885 годом. Тогда из Чебоксар было отправлено только 16332 письма. В Чебоксарах не выпускались ни газеты, ни журналы, не печатались книги. Периодически издания выписывались из Санкт-Петербурга и Казани. В 1990 году через чебоксарскую почту прошло более 200 миллионов экземпляров периодических и подписных изданий, 11 миллионов писем... В 1912 году в почтово-телеграфной конторе работало 17 человек, в том числе пять почтальонов. Почта не имела своих отделений в городе. Первые три отделения организованы в 1940 году. Вплоть до пятидесятых годов почтальоны почту получали в центральной экспедиции и с заполненными до отказа кожаными сумками обходили адресатов из дома в дом, из квартиры в квартиру. Как тут не вспомнить стихотворные строки: «Кто стучится в дверь ко мне с толстой сумкой на ремне?» Почти шестьдесят лет «с толстой сумкой на ремне» проходил старейший почтальон Петр Ильич Котов. Он был одним из известных людей города. Его знали в лицо и, встречаясь с ним, здоровались по старому русскому обычаю, сняв головной убор и низко склонив голову. Юбилей почтальона был отмечен торжественным собранием горожан. Вскоре о нем узнали многие жители страны: союзное кино выпустило специальный фильм. Большой известностью пользовался Василий Васильевич Волков, тоже долго проработавший на почте. Уже будучи пенсионером активно участвовал в городском хоре ветеранов труда. Насколько он сжился со своей работой, можно судить по тому, что он каждое утро строго по времени «уходил» на службу, обходил почту кругом и возвращался домой. Связисты любят свой коллектив и работу. Чем им нравится эта нелегкая профессия? Может быть, тем, что на почте сложилась своя вековая традиция: беречь коллектив, помнить о каждом работнике. Здесь заботятся о ветеранах. Приглашают временно на работу, встречи с молодежью, проводят собрания и сборы. И ветераны откликаются на приглашения. Что нужно им, пожилым? Ни чинов, ни наград. Они рады услышать теплые слова приветствия. Так было в недалеком прошлом. Каждый праздник люди поздравляли друг друга, отмечали дни рождения, свадьбы — отправляли телеграммы, письма, открытки. Навожу справку у начальника Чебоксарского почтамта Алевтины Павловны Селищевой. Она в данной должности с 1978 года (ныне на пенсии). В 1958 году окончила Куйбышевский (Самарский) техникум связи. В Чебоксарах служебную карьеру начала молодым специалистом — с начальника отделения связи №12. Какие показатели работы почтовой связи? В 1990 году почтовые отправления из Чебоксар измерялись тоннами, а теперь можно назвать лишь четырехзначную цифру. Из Чебоксар ушло только 3644 письма, отправлено газет и журналов 20 тысяч экземпляров. Еще позднее эти показатели упали. Татьяна Тимофеевна Наумова, работающая экономистом, с огорчением отмечает, что пришлось сократить на одну треть количество почтальонов. В соответствии с выполняемым объемом работ сокращению подлежало больше. Но жаль терять готовые кадры, делать безработными кормящих матерей и матерей-одиночек. В ущерб экономическим показателям содержится завышенный штат работников. Руководители надеются на лучшие времена. Шоковый переход к рыночному образу жизни спутал наши мысли. Вначале люди не могли надышаться свободой. Это особенно было заметно по периодической прессе. Что ни месяц, что ни год, появлялись новые газеты и журналы. Придет время, когда об этом расскажут другие и полнее. Я могу отметить лишь, что, когда наступил 1993 год, стало ясно: у кого на текущем расчетном счету нет денежных средств, тому жизнь не в радость. Чтобы остаться на плаву, редакции газет ударились в коммерцию. Спасало печатание объявлений и реклам. Однако тиражи газет все равно снижались. Чтобы напечатать в газете соболезнование, было время: требовалось разрешение секретаря обкома партии, редактор не имел на это право. А теперь — лишь бы платили. Так, об одном, малоизвестном по его занимаемой должности, человеке было напечатано 28 соболезнований. В моей памяти да и моей жизни глубокий след оставило одно происшествие. В Чувашском монтажном управлении Горьковского треста электромонтаж случилась беда: 12 марта 1974 года шесть человек выехали в однодневную командировку в Йошкар-Олу. Нужно было ехать и мне. Но после травмы моя правая рука была загипсована. Я пошел к травматологу, чтобы снять повязку, но врач отказался сделать это и сказал: ваш черед завтра, вот и приходите к назначенному времени. С вечера приготовил папку с проектами и сметами строящейся производственной базы для необходимых корректив, но главный инженер, Алексей Александрович Маслов, заявил: — Оставайтесь в управлении. Куда вам с такой рукой! Вашими вопросами займусь я сам. На обратном пути легковая машина в 12—15 метрах от правого берега провалилась под лед. Трое: Маслов, прорабы Ефимов и Кузьмин (из Канаша) не смогли всплыть... Дело было в пятницу под вечер. Руководство управления поручило мне дать в газету соболезнование. Газета «Советская Чувашия» без санкции обкома или горкома партии не имела права на эту публикацию. Мне удалось уговорить ответственного редактора М.И.Иванова взять риск на себя — и соболезнование было напечатано. Кузьмина увезли домой в Канаш. В красном уголке предприятия собирались установить два гроба, но этого нам не разрешили. Вынос тела прораба Валерия Ефимова состоялся из его квартиры, через окно: гроб не проходил в двери... * * * ...Улица Ленина Первая начиналась от здания новой почты. Рядом со старой почтой к дому Игумновых вплотную примыкал меньший по площади дом В.П.Геронтьева (дом Совдепа, № 47). Его владелец считался почетным гражданином города. В доме находилась городская телефонная станция, оборудованная коммутатором первоначально на шестьдесят номеров. В соседней комнате работал телеграф. В этом же торговом ряду стоял одноэтажный дом, где в начале двадцатых годов размещался кондитерский цех. Прохожие аппетитно вдыхали приятный аромат. А рядом — двухэтажное здание Чувашкоопинсоюза, двухэтажный кирпичный дом Совдепа, № 50 — магазин купца Дряблова. Угол завершал дом Решетникова. Увеличивалось население города, ширились связи между населенными пунктами республики и страны. Тесно стало на втором этаже дома Игумновых. Негде было разместить новую технику. Власти города и республики совместно с Наркоматом связи решили построить новое здание. Для этого подобрали участок на углу Ленинградской и Ленина Первая. Участок расчистили от старых деревянных строений бывшего дома Визгиных и чайной Лобачкова. Попутно поясню, что улица Ленина Вторая до революции называлась Нижегородской, с появлением проспекта Ленина ей вернули прежнее название. В начале тридцатых годов на радость населению здесь возвели трехэтажное здание новой почты с подвалом, где разместили котельную центрального отопления. На верхних этажах расположились службы связи с красным уголком и библиотекой. Нашлось место для зала заседаний и даже для двух квартир. Однако скоро эта «роскошь» кончилась. Город снова стал нуждаться в более просторных благоустроенных и технически оборудованных площадях служб связи. Так зародилась идея постройки Главпочтамта, о котором уже сказано выше. Старые Чебоксары, как вы знаете, не имели (за исключением центра) четко определенной сети улиц. Улицы застраивались — языком нашего времени — без генплана, без соблюдения красной линии. Молодой Державин (поэт допушкинской эпохи) будучи губернским представителем от Казани пытался навести порядок. Сколотил из досок «механизм» шириною 8 сажень (16 метров) и прошелся им вдоль улиц, и навел страху на жителей города. Строения, не укладывающиеся в эту ширину, подлежали сносу. Эта нашумевшая история оставила свой письменный след. В названиях улиц и переулков также была путаница. Одноименных было по два-три. Власти соглашались с тем, что есть. Какой только не было чепухи. Этой участи не избежала дожившая до наших дней улица Плеханова. Она начиналась от Кайбулки и под прямым углом шла в западном направлении до Чебоксарки. Здесь за мостом получалась как бы развилка. Одна ветвь (правая) смыкалась с улицей Нижегородской, другая с изломом в плане, сдвинутая влево, поднималась в гору и тоже выходила на Нижегородскую. Та часть, что лежала между Кайбулкой и Чебоксаркой, называлась Вторая Московская. В послереволюционный период сначала носила имя Карла Маркса Вторая, а с 1926—1927 годов — Плеханова. Развилку слева (в народе имела двоякое наименование: Старая гора и Старозаводская) приобщили к Плехановой. Со строительством ГЭС улица в целом не сохранилась. Большая часть попала в санитарную и затапливаемую зону. В начале улицы, что около Кайбулки, и поныне стоят три здания: дома за номерами 5 и 7 и угол Национального музея (бывший Краеведческий). Об этих зданиях пойдет речь. Дом № 5 — угол Плеханова и Ярославской, двухэтажный, кирпичный. Художник И.Владимиров зарисовал только главный фасад, остальное из-за разросшихся деревьев скрыто от глаз. Дом построен в первой половине ХVIII века. По архивным данным, в 1765 году принадлежал титулярному советнику Черезову. В 1798 году домовладение переходит к вдове Стреховой, которая его продала Мартынову. Как рассказывали старожилы, в начале ХХ века здесь проживал лесничий Есипов. От прошлого сохранилось мало чего: неудобная внутренняя планировка с узкими проходами и частью сводчатого покрытия. С уличной стороны о ХVIII веке напоминает высокий фронтон с карнизом. В советский период дом был муниципализирован. Долгое время им поль-зовался Наркомат внутренних дел. В этом здании была медсанчасть, гинекологическая больница. В начале девяностых годов — лабораторный корпус медучилища, который затем переехал на новое место — в северо-западный район города: на улицу Пирогова. Со стороны улицы Ярославской в середине девяностых годов малым предприятием «Луч» началось строительство 85-квартирного пятиэтажного кирпичного жилого дома со встроенным магазином. Этот перекресток двух улиц — старинный уголок города. Отсюда просматривается восточная часть Чебоксар, начало улицы Калинина, бывшая средняя школа № 3, Воскресенская церковь, Кувшинская гора с курганом Славы, радиомачтой-антенной, ТЭЦ-1, Дворец культуры имени Хузангая, хлопчатобумажный комбинат, жилые дома, поселки, овраги. В старых Чебоксарах было немало семей с фамилией Иевлевы. Один из ныне здравствующих Иевлевых — Николай Владимирович — как-то позвонил мне домой. — На улице Плеханова, 7, в последние годы находилось медучилище. А ведь вначале это трехэтажное здание было одноэтажным и принадлежало моему отцу — Владимиру Николаевичу Иевлеву... Да, он был братом того самого купца — владельца трехэтажного здания на Красной площади, где размещалось Министерство финансов и центральная сберкасса. Это сообщение меня заинтересовало. Как же строители рискнули на одноэтажное здание возвести еще два этажа? На следующий день я был на месте. Действительно, сначала здесь был одноэтажный дом с тремя окнами на улицу. Под ним — подвал, который служил не только хранилищем для овощей. Было время, в подвале находилась лавка, где торговали минеральной водой и крепкими напитками. Дом покоился на крепких стенах подвала, а тот — на массивном фундаменте. До наших дней сохранился автономный вход в подвал и железная дверь. В 1993 году я встретился и с самим Иевлевым, попросил его подробнее рассказать о своей семье и родне. — У отца и матери было четверо детей: две девочки — Зоя и Вера и два мальчика — я и Юрий. Зоя и Юра умерли маленькими в один год, от дифтерии. В те годы эта болезнь нагоняла страх на людей, была смертельно опасной. Я уже стар, мне 85 лет, а старость, как известно, рассудительна. (Иевлев умер в 1998 г. в возрасте 91 года.) Грех вспоминать плохо про отца. Хотя пьянство, как известно, вызывает нелады и в семьях, и обществе. Маме все это надоело. Она развелась с отцом, а потом взяла меня и Веру, уехала в Казань. Там вышла замуж за Павла Алексеевича Орлова, секретаря химико-технологического института. Оставшись один, отец продал дом в Чебоксарах и тоже переехал в Казань. Мне выделили одну тысячу рублей. На эти деньги я купил велосипед и вдоволь наелся конфет. Я снова приехал в Чебоксары.В 1926 году окончил школу, вторую ступень, и очутился в рядах безработных. Пришлось поехать на Алтай. Отсюда был отправлен на войну. Демобилизовался в Чебоксары, в затем жил в Татарии. Сестра Вера была замужем за известным в Чувашии врачом Валерианом Федоровичем Анисовым... Многие здания Чебоксар имеют весьма запутанную историю. Не миновал подобной участи и дом № 7 по улице Плеханова. Одноэтажный дом Иевлевых своей прочностью и капитальностью не вызывал опасений. Здание решили расширить и надстроить этаж. Так появился двухэтажный корпус. Получилось, к рукавам пришили пиджак. Сначала в двухэтажном здании разместился коммунально-строительный техникум, который был преобразован в энергетический, и надстроили третий этаж. Затем техникум переехал в новое здание на улице Ильбекова. Республика нуждалась в кадрах энергетиков, так как Чувашия становилась индустриальной. Супруги Листьевы — Николай Сергеевич и Елена Сергеевна, оба окончившие энергетический техникум (он — дизельное, а она — теплотехническое отделения), вспоминают: — Первоначально в 1943 году энерготехникум на непродолжительное время разместился в школе № 3 по улице Калинина, затем его перевели в так называемый дом Боне на углу улиц Розы Люксембург и Чернышевского. Отсюда техникум переехал на улицу Плеханова. Елена Сергеевна всю свою жизнь не забывала, как они, студенты 1945 года, выкладывали кирпичные стены пристроя со стороны двора. Сами строили, сами учились. В войну Елена Сергеевна работала на электроаппаратном заводе, откуда в 1945 году вместе со всей рабочей молодежью — бывшими учениками средних школ — ушла на учебу. Уходили с производства трудно — руководство не отпускало, пришлось увольняться через суд. Угол улиц Плеханова, 9 и Карла Маркса, 7 занят Национальным музеем, здание скомпоновано из бывшего двухэтажного кирпичного жилого дома, склада и конюшни купца Михаила Ефремова. После его смерти (1894) во владение вступили наследницы — дочери Герасимова и Сперанская (фамилии мужей). Напротив через ул. Карла Маркса стоит Чувашский академический театр, в одну линию с ним — многоэтажные жилые здания со встроенными магазинами. От прежних одноэтажных лачуг не осталось и следа. * * * Перекресток улиц Карла Маркса и Володарского — оживленное место с интенсивным движением транспорта и пешеходов. Не хватает только придорожного камня с надписью как в сказках: «Направо пойдешь... Налево пойдешь... Прямо...» В любом направлении на пешую ходьбу потребуется не менее двух-трех часов. Направо, до северо-западной окраины, до села Заовражное — почти десять километров. Налево — 16 километров и очутишься в Новочебоксарске. У больших Чебоксар с расчетным населением 750—800 тысяч человек границы раздвинутся еще 5—7 километров на восток и к юго-востоку... Прямо — по улице Карла Маркса, затем проспекту Ленина и Канашскому шоссе — 13 километров — и перед вами встанет районный центр Кугеси. Между ними и Чебоксарами тоже есть пока простор — это резерв для расширения границ столицы республики. Зачем идти пешком, когда во все направления ходят троллейбусы, автобусы и маршрутные такси? Нужно воспользоваться одним из видов коммунального транспорта. Поедем направо, в северо-западном направлении, в один из трех городских районов, Московский, с населением более ста тысяч человек. Наш транспорт пересекает реку Чебоксарку по красивому железобетонному мосту, тоже названному Московским. По его бокам ажурные чугунные перила и высокие светильники. Под мостом — залив, разлив волжской воды. В полукилометре слева от моста выделяется неопределенной архитектуры недавно выстроенное здание республиканского музыкального театра. Рядом и повыше — проектный институт «Чувашгражданпроект». Отсюда начинается Московский проспект. Он делит территорию жилого массива на две части. На левой стороне, что по ходу нашего движения, расположены комплекс республиканской больницы, различные диспансеры. Далее — швейное производственное объединение «Рассвет», коллективные сады на склонах оврагов и речки Чебоксарки. По правую сторону — район с преобладанием малоэтажной застройки, историко-мемориальная часть города. Она находится в границах залива с востока и Волги севера, запада упирается в молодой парк имени 500-летия Чебоксар с заросшим лесом, Чернышевским оврагом. Обратим внимание на ту территорию, что за парком. Она названа северо-западным районом. Его границы: парк — с востока, Волга — с севера, Ядринский лес — с запада и Московский проспект с южной стороны. Пока едем по проспекту, не забывайте следить и за левой, южной, стороной. Она застроена многоэтажными зданиями жилого и культурно-бытового назначения: корпуса учебных заведений, кинотеатр «Сеспель», музыкальное училище с концертным залом, строительный техникум, корпуса больниц скорой медицинской помощи и второй республиканской. Московский проспект заканчивается постом ГИБДД слева и 12-этажным жилым домом справа, построенным в городе в числе первых домов с повышенной этажностью. Здесь есть тринадцатый служебный этаж. Поднимемся на его южную площадку — отсюда две трети города как на ладони! Параллельно проспекту в низине узенькой голубой лентой бежит Чебоксарка. Ее берега озеленены с северной стороны плодово-ягодными садами, с южной стороны — посадками. За рекой так называемый Кировский поселок. Застройка новой окраины в начале тридцатых годов начиналась одноэтажными домами. С пятидесятых, вплоть до нашего времени, продолжается многоэтажная застройка. Главная магистраль района — улица Гражданская ведет на Чапаевский поселок. В начале улицы, в развилке Чебоксарки и Сугутки, и поныне стоит небольшой завод металлоизделий — организованный в конце двадцатых годов как промысловая артель «Металлист». До войны да и после здесь действовала вагранка, плавили чугун и алюминий, производили посуду. С высоты тринадцатого этажа хорошо просматривается территория, по которой протекают Чебоксарка, Сугутка и Трусиха. Речки берут начало в Чебоксарском лесу (Шупашкар в=рман.). Территория делится на три части. Междуречье Сугутки и Трусихи и в народе называется Совхозный поселок. Это неофициальное название. Местность отводилась под индивидуальную малоэтажную застройку. В шестидесятые годы здесь появляются многоэтажные здания. Главная улица Богдана Хмельницкого вблизи мемориального кладбища пересекается с улицей Юлиуса Фучика, которая «стыкуется» с улицей Гагарина. В ясную погоду эти места с улицы Гузовского и Афанасьева рассматриваются четко. А дальше город заволакивает серая дымка. Далеко на восточном горизонте, за пределами Ленинского района, вырисовываются контуры заводов и фабрик Калининского района. На дальнем юго-восточном возвышении просматривается силуэт новоюжного района с Канашским шоссе. На ближнем плане обозреваемой зоны выделяется мост, переброшенный через Чебоксарку. Восточнее такие же мосты повисли над Сугуткой и Трусихой. По мостам проходит транспортная магистраль, соединившая улицу Калинина с Московским проспектом. Между этими радиальными магистралями лежат широтные улицы Гагарина и Фучика. Это второе транспортное полукольцо, связывающее все три района. В перспективе — третье параллельное полукольцо. Новая широтная магистраль свяжет все дальние окраины. С высоты тринадцатого этажа, если взглянуть на юго-запад и запад, обязательно залюбуешься лесным массивом. В его глубине, справа, — новый комплекс Чувашского государственного университета имени И.Н. Ульянова. На западе, на обозреваемом горизонте, — поселок Сюктерка с затоном и небольшим островом — облюбованное место рыбаками-любителями. На юго-западе зеленый, как лес, виднеется поселок Чапаевский. Однако спустимся с наблюдательной площадки... Мы снова на проспекте. Продолжением его является Ядринское шоссе — автомагистраль на Нижний Новгород и Москву. По обе стороны лес, смешанный, с хвойной и лиственной растительностью. Здесь в довоенное время были в изобилии орехи и грибы. Однако немногие горожане посещали этот лес: по тому времени он был далеким, за три километра от города. Благо, природными дарами были богаты и другие, более близкие рощи и посадки. В Ядринском лесу сохранились знаменитые дубы. По преданию, упорно бытовавшему в народе, здесь в 1722 году якобы побывал Петр Первый. Дубравы явились объектом постоянного наблюдения властей. Они охранялись от вырубок на расстоянии тридцати верст вверх и вниз по Волге и впадающих в нее речек. Это спасло дубравы от хищнического уничтожения, а реки — от обмеления. На сохранности лесов сказались не только принятые меры. Следует иметь в виду, что чуваши сами по себе были любителями лесов и бережно к ним относились. В сохранение чувашских лесов и обогащение их ценными видами растительности много труда вложил Б.И.Гузовский. Недаром именем Бронислава Ильича названа улица, идущая от Московского проспекта перпендикулярно в северном направлении. На торцевой стене дома №2 прикреплена мемориальная доска. Пройдя два квартала по Гузовской, можно свернуть на улицу Мичмана Павлова, выйти к опушке дубравы-лесопарка, где находится бальнеологическая водогрязелечебница, пользующаяся лечебными грязями из-за Волги и минеральной водой местного источника. Ежедневно тысяча человек принимает здесь назначенные процедуры. Проспект Максима Горького находится на северной стороне района. Сюда выходят берущие начало от Московского проспекта улицы Университетская, Эльгера, Гузовского, Тимофея Кривова. С проспекта Горького можно пройти в самый отдаленный уголок района. За глубоким оврагом в низине на берегу Волги расположилось Заовражное с головными сооружениями городского водопровода. Северо-западный район представляет собою возвышенную местность и отсюда хорошо просматривается большая часть города, Волга и Заволжье с хвойными и лиственными лесами. Северо-западный район привлекает своей планировкой и застройкой. Для населения созданы необходимые удобства: Дом торговли и рынок, магазины, мастерские, школы и детские дошкольные учреждения. Здесь есть баня с финской сауной. Она привлекает немало людей из других районов города. Вся местность своей живописностью так и просится на киноленту и полотна картин художников. Возвращаться целесообразно снова по Московскому проспекту и выйти на том же перекрестке. От водогрязелечебницы до Московского моста — почти стометровый перепад в уровнях местности. Пока возвращаемся, можно обозревать город слева, справа и смотреть прямо перед собою. Благодаря сложному пересеченному рельефу Чебоксары имеют живописный вид — семь холмов (возможно, и больше), четыре речки, стекающие к Волге. И что интересно, три из них прежде, чем окунуться в залив, встречаются в низине у Коммунальной слободы, так названной потому, что здесь организовались первые коммуны. Уличная сетка Чебоксар построена радиально. Волга, в данном случае залив, является исходным пунктом. Как солнечные лучи расходятся главные улицы Калинина, Карла Маркса, проспект Ленина, Богдана Хмельницкого, Гражданская. О Московском проспекте уже сказано. Параллельно им по холмам взбираются другие. Магистральные и второстепенные между собою связаны полукольцевыми улицами Калинина, Володарского, Московский проспект, Гагарина, Фучика, Николаева, а за железнодорожной линией проспектами Мира, 9-й пятилетки и Тракторостроителей, улицами Хевешская, Кукшумская и Ашмарина. В целом город, как огромный амфитеатр, нависает над Волгой и заливом... С Московского проспекта въехали на улицу Володарского, приближаемся к знакомому перекрестку. Слева за мостом встает привлекательный семиэтажный Дом мод. Вывеска оформлена неоновыми буквами. «Дом мод» читается одинаково как справа, так и слева. Это забавляет детей, проезжающих в вечернее время. Вот и перекресток! Сойдем с доставившего нас сюда транспорта, хотя, не останавливаясь, могли проехать вверх по ул. Карла Маркса до Южного поселка, аэропорта. От аэропорта, например, можно возвратиться по улице Ашмарина и, не доезжая рынка, свернуть вправо. По дороге через речку Кукшум мимо рощи выехать на проспект Тракторостроителей — основную магистраль новоюжного района. Благодаря ей и проспекту 9-й пятилетки жилой массив связан с территорией завода промтракторов, Канашским шоссе, улицей Калинина и Новочебоксарским трактом. С этого места путь лежит на ГЭС и Новочебоксарск или в Чебоксары. Но до поворота уделим внимание новоюжному району. Он рассчитан на несколько десятков тысяч населения, застроен в основном 9—12-этажными жилыми домами в крупнопанельном исполнении. Есть и кирпичные. Несмотря на типовое строительство, район наиболее индивидуален по архитектурному оформлению. Этому способствует творческий союз зодчих с строителями. Создаются максимальные удобства для живущих здесь. На двух проспектах и параллельных улицах жилого массива рассредоточены школы и детские дошкольные учреждения, столовые и кафе, магазины и мастерские бытового обслуживания. На проспекте Тракторостроителей высится 12-этажное здание больничного комплекса со стационаром на 600 коек и поликлиникой на 1850 посещений. Есть профилакторий. Высотная часть комплекса видна издалека. Радует глаз красивый Дом быта, универмаг «Шупашкар». Особенно выразительна предзаводская площадь. Застройка проспекта еще не закончена. Новочебоксарский тракт и улица Калинина — основная радиальная магистраль Калининского района. По обеим сторонам — промышленные предприятия и гражданские сооружения. Слева от улицы Калинина в юго-западном направлении — проспект Мира. Его южная сторона занята сквером «50 лет комсомолу» и фруктовым садом агрегатного завода. От заводоуправления вниз спускается широкая, как проспект, улица 50 лет Октября, с магазинами, ателье и различными службами. Параллельно ей — улица Патриса Лумумбы. В тот год, когда силы реакции выбрали своей мишенью прогрессивного первого президента Конго /Заир/ Патриса Лумумбу, свергли его и уничтожили, в Советском Союзе в честь лидера черной Африки назвали университет народов и улицы в некоторых городах. Чебоксарцы в память Патриса Лумумбы назвали эту небольшую тихую и зеленую улицу, на которой две средние школы, музеи партизанской славы. Улица известна горожанам и населению республики тем, что на ней разместился штаб колхозных строителей Чувашколхозстройобъединения со своим проектным институтом «Чувашсельхозпроект». На этой же улице стоит фирменный мебельный магазин «Уют». Здесь горожане и сельские жители приобретают как импортную, так и местного производства мебель. Улица Калинина с интенсивным движением транспорта и пешеходов, особенно в часы начала и окончания рабочих смен на агрегатном заводе, чулочно-трикотажной фабрике и хлопчатобумажном комбинате. Поэтому на перекрестке с улицей Декабристов первым в городе был построен подземный переход. Теперь таких пеших переходов и путепроводов в городе несколько. Стадион «Текстильщик» сооружен хозспособом по проекту арх. А. Кузьмина. Ниже и напротив стадиона — медсанчасть хлопчатобумажного комбината. Больничный комплекс разместился на месте бывшей деревни Кнутиха, кстати, остановка транспорта теперь так и называется. Здесь же берет начало безымянный ручей — приток Кайбулки. Раньше он питался от родников небольшой рощи. Теперь ее нет, а родники пересохли. Площадь перед Домом Союзов (облпрофсовет) занята прекрасным зданием картинной галереи, в 1985 году специально выстроенный по проекту архитектора В. Д. Шатилова, где в том же году проходила художественная выставка «Большая Волга». В ней приняли участие все автономные республики и области Поволжья. По улице Ивана Франко можно пройти к набережной Волги. Ее украшает монумент Воинской славы, у подножия которого ежегодно отмечается День Победы. Рядом — Дворец культуры имени народного поэта Чувашии Петра Хузангая. За монументом и дворцом пошли в рост молодые посадки парка Победы. С высокого берега далеко обозреваются окрестности великой русской реки. Под горой в недавнее время находилась так называемая Рыбацкая слобода, состоявшая из небольших деревянных и засыпных домиков. Теперь жители слободы переселены в благоустроенные квартиры. Название улицы Ивана Франко вызывает в памяти перечень «украинских» улиц Чебоксар: Богдана Хмельницкого, Короленко, Щорса, Котовского, Кочубея, Шевченко... И это не простая случайность. Здесь отражена былая дружба народов. В свое время у Чувашии установились хорошие культурные связи с Украиной. На Черниговщине есть могила и памятник чувашскому поэту Михаилу Сеспелю. Во Львове — «вулица Чувашьска». Киностудия имени Александра Довженко выпустила художественный фильм «Сеспель». Юрий Збанацкий написал одноименный роман. В Киеве живет чувашский художник Петр Чичканов. * * * В конце ХIХ века в Чебоксарах насчитывалось 76 улиц, переулков, площадей, слобод и нумерованных кварталов, 860 домовладений. Были и незастроенные, так называемые огородные, места, приобретенные у городской управы купцами и мещанами. Эти огороды предназначались под будущую застройку. Владельцами участков становились зажиточные крестьяне, отставные чиновники, офицеры, солдаты. Через город проходили магистральные дороги на Казань, Нижний Новгород и далее на Москву. Не зря в ХVIII—ХIХ веках в городе был Большой Московский тракт, Первая и Вторая Новомосковские улицы, Казанский тракт. Вдоль них и в районе этих трактов формировалась уличная сеть с параллельно-широтными и пересекающимися меридианными улицами. В связи с тем, что пересеченная (гористая) местность мешала образованию прямолинейных и широких улиц, возникали переулки. Их было немало: Солуяновский, Кувшинский (быв. Парамоновский), Благовещенский, Закрытый, Успенский, Складочный, Покровский, Больничный, Новозаводский, Лягушинский, Староархангельский и другие. Овраги не позволяли вести двустороннюю застройку, поэтому были односторонки: Солдатского оврага, Архангельского погоста, Ярилиной улицы и другие. Рельеф местности диктовал расположение, длину улиц и переулков. Прямолинейных и широких улиц в старых Чебоксарах — наперечет. Много петляющих по склонам и косогорам, вдоль речек, ручейков и оврагов. В Чебоксарах преобладали улицы небольшой протяженности и с малым количеством домовладений. Улицы при Ярмарочной площади и Владимирской пуґстыни состояли: одна — из пяти, другая — из двух домов. Покровская и Хлебная площади, соответственно, — из восьми и пяти домов каждая. Некоторые улицы грешили названиями: Луговская и Луговая? Подобная неточность сохранялась и в послереволюционное время. Долгие годы Ярославская улица имела двойное написание. В некоторых документах она называлась улицей Ярославского, хотя как Ярославская — по имени города — она зафиксирована в списке еще с 1884 года. Ни одна из улиц и ни один из переулков не назывались по имени политических, общественных, культурных и научных деятелей, литераторов, музыкантов, ученых. Зато имелись три Лягушинские, четыре Козьи, один Свиной переулок. Были две Басурманские улицы: Верхняя, Нижняя и еще Старобасурманский переулок. Может быть, эти названия остались от Татарской слободы? Слобод было несколько: Солдатская, Кожевенная, Винокуренная, Козья, Рыбацкая. Названия некоторых улиц носили отпечаток трудовой деятельности населения: Тулупиха, Кузнечная, Кожевенная, Хлебная площадь. Некоторые купцы и чиновники имели «свои» улицы и переулки: Мараткановская, Маркеловский переулок, Рогожина, Толчихина, Петелкин переулок и т. д. Многих, конечно, интересует, где находилась эта Козья слобода. Установить пока не удалось. В городе были 2-й квартал Козьей слободы, улица — по другую сторону. Но как угадать, с какой стороны следует смотреть? В 1926 году я встретил Козий переулок в треугольнике слияния улиц Володарского и Плеханова. Позднее он был переименован в Малый. В списке переименованных улиц Чебоксар в период с 16 января 1926 по 29 ноября 1927 года встречаю Узенький переулок, улицу с названием Козловская. Согласно списку переименований, в советское время так называлась Ленина Первая, после 1927 года получившая название улица Ленина. Она начиналась от Красной площади и шла до выезда из города за кирпичные сараи. В послевоенное время уже называлась Нижегородской. Среди переименованных в 1926—1927 годах улиц обнаруживается еще несколько загадок. Например, в списке дореволюционных наименований три Больничные улицы; есть просто Переулок, переименованный в Овражный. На западной стороне Чебоксар была улица Старой горы. В советский период она срослась с улицей Плеханова, в двадцатые годы считалась как Карла Маркса Вторая, в тридцатые — Плеханова. Благовещенский переулок сначала относился к улице Троцкого Первая, затем носил название Переулок Марата. Вначале он выходил от улицы Плеханова до улицы Володарского, но со строительством в 1938 году учебного корпуса сельхозинститута был перекрыт. В начальные годы Советской власти переименование улиц коснулось в первую очередь тех, что выражали явно купеческое или церковное значение: Ефремовская, Введенская, Покровская, Крестовоздвиженская, Рождественская, Соборная, Вторая Соборная. Улица Введенская, бытовавшая как Мараткановская, превратилась в улицу Свердлова, Слюзовая — в Жуковского, затем в Герцена Первую. Рязанский овраг и Рязанское ущелье, а также безымянный овраг стали называться Пролетарский овраг Первый, Второй, Третий. Верхнебасурманская улица была переименована в улицу Урицкого, Старый Басурманский переулок — в Горшечный. Нижнебасурманская становится улицей Каменева, позже — Ворошилова и Баумана. Название Басурманская, видимо, связано с далеким прошлым, когда в Чебоксарах существовала слобода, заселенная татарами, возможно, даже некрещеными чувашами. Ведь для русских они также были басурманами. Затем басурманы ушли, а название осталось. В первые годы Советской власти улицу переименовали в Каменева, а затем — Ворошилова. Улица брала начало от моста, через который транспорт и пешеходы переправлялись на Зеленый базар. Слева на восточной нечетной стороне стоял двухэтажный 8-квартирный деревянный жилой дом на каменном фундаменте постройки 1923 года, а с правой стороны — забегаловка «американка», где торговали водкой и пивом в розлив. Стульев и мест для сиденья не было — забеги, постой около круглых столиков, выпей и уступи место следующему. На коротком отрезке улицы приютились ветхие жилые домики. В одном из них некоторое время проживала известная в ту пору эвакуированная московская артистка Ия Саввина. Этот «аппендикс» — короткий отрезок пересекала улица Плеханова, на которую смотрели деревянные здания детского сада имени 8 Марта и жилой дом с мезонином. Трехметровой ширины мезонин был разделен на две половины одинарной дощатой перегородкой. В одной половине на площади шести-семи квадратных метров жила семья с ребенком, в другой — библиотекарь сельхозинститута Анфиса Макарова. Улица Плеханова западным концом упиралась в деревянный мост. По нему грузовой транспорт и пешеходы выходили на улицу Заводскую, вправо находился Зеленый базар. У самого моста стоял дом наследника Игумновых. Он угрожал своим жильцам сползти в реку. Угол восточной нечетной стороны был занят бывшим каменным амбаром зажиточного домовладельца Сапожникова Н. М. Осоавиахимовцы амбар приспособили под гараж, а аппарат добровольного общества разместился в одноэтажном с улицы и полутораэтажном со двора здании. С пригорка начиналась параллельная улица Урицкого (Верхнебасурманская). На улице Ворошилова под № 7 стоял 4-квартирный жилой дом управления связи. В доме проживало 8 семей. Рядом — просторный обшитый тесом пятистенный дом Раевских. Когда государству понадобились средства, содержать изрядно обветшалый ранее муниципализированный жилой фонд было весьма накладно, Москва пошла на распродажу жилья. Так на улице Ворошилова индивидуальные жилые дома приобрели преподаватель пединститута Софрошкин и будущий министр сельского хозяйства Чувашской АССР Г. А. Мартынов. Их дома примыкали к территории промысловой артели «Красный мебельщик». Напротив мебельной артели находился кожзавод имени Водопьянова. На улице же Ворошилова были кондитерская фабрика, стройдвор треста «Чувашремстрой» и весоремонтный завод. В его обязанности была проверка весоизмерительных приборов в торговых, производственных и хозяйственных организациях. В начале двадцатых годов Благовещенская становится улицей Карла Маркса, Староблаговещенская — улицей Троцкого, затем Ленинградской. По одному документу Крестовоздвиженская переименовывалась в улицу Зиновьева, затем — Кадыкова. В этом же документе улица Рождественская тоже была переименована в улицу Зиновьева, позднее — в Союзную. После революции пытались навести порядок с названиями улиц. Винокуренская получила название Гоголя, она шла от Волги до ул. Слесарный овраг (параллельно улице Калинина). Затем ее переименовали в Октябрьскую (от Волги до ул. Слесарный овраг). Кроме Винокуренской были еще три улицы Винокурня. Одну из них назвали улицей Кадыкова. Так названа она в честь местного революционера учителя И.Г.Кадыкова, находившегося в ссылке и вернувшегося оттуда в марте 1917 года, который стал затем председателем Совета рабочих и крестьянских депутатов (декабрь 1917 — март 1918 гг.). И.Г.Кадыков был убит 7 июля (12 июня по ст. стилю) 1918 г. на этой улице. Одна из Винокуренской стала называться К. Либкнехта (от Союзной до Воздвиженской церкви). Вторая Винокуренская — Луговая от Октябрьской до Волги. И, наконец, третья, названная Набережной, от Луговой до Бойни (видимо, в честь снесенной с рынка старой бойни). Кувшинскую гору переименовали в Кувшинский переулок (от Грасиса до Колодца). Парамонов переулок, называвшийся Набережной, «перекрестили» в Кривой. Переулок Тулупиха (Садовый) находился от улицы Ленина (Нижегородская) до Набережной Кайбулки, назывался Энгельса. Ашмарина стала называться Булгарским переулком, от ул. Ленина до Кайбулки. Была Смоленская улица, в наше время — Чебоксарская. Она параллельна Казанской улице. Ул. Слесарный овраг тоже переменила название на переулок Закрытый. Но это не прижилось. Я пытался развязать гордиев узел, что завязали наши предки. Для данного времени вряд ли это нужно, так как этот район почти весь под водой, и вспомнить нужно просто ради истории. Остались не упомянутыми улицы Нагорная и Кувшинский переулок. Нагорная улица поднималась по южному склону Кувшинской горы, называлась Свиным переулком, затем ее зачем-то отнесли к Набережной, хотя она идет в достаточном отдалении от Волги, а от Кайбулки перпендикулярно поднимается вверх на южный косогор Кувшинской горы. Нагорная мне памятна тем, что здесь в доме № 17 жил Петров Константин Петрович, полярник, близкий Папанину и первооткрыватель речек с чувашским названием на полуострове Таймыр. Петров свой дом подарил совхозу «Слава» для устройства музея — полярный уголок. Затем улицу переименовали в улицу Зои Яковлевой, актрисы-подпольщицы, расстрелянной в Крыму немцами. В этом заречном районе осталась еще одна улица — Учительская. Она перед войной застраивалась индивидуальными домиками работников просвещения. Она памятна мне тем, что на ней жил мой однокурсник по стройтехникуму Саша Ерышев, участник двух войн и не вернувшийся с Великой Отечественной. В этом районе была также улица, в свое время названная в честь первого председателя горсовета Карла Грасиса, затем переименованная в улицу Зиновьева. Улица состояла из части Кувшинской горы и ул. Луговой, шла от моста через Кайбулку до Слесарного оврага. Овраг в свое время пользовался плохой славой, здесь землей засыпали расстрелянных репрессированных в 1930—1940-х гг. В наше время Заречье перекрыто поселком хлопчатобумажного комбината, у этого поселка своя история, о ней тремя предложениями не скажешь. Все Заречье, низина Чебоксар, входит в многолюдный Калининский район. Здесь находится радиостанция. От причала берут свое начало улицы Зои Яковлевой (Нагорная), Учительская, Калинина. В восточной части города до наших дней сохранился один архитектурный памятник — Воскресенская церковь 1758 года. В документах тех лет допускалось немало неточностей. По документу в Чебоксарах была улица Ашмарина. Впоследствии стала называться Булгарским переулком. В названии «Булгарский переулок» слышен отголосок истории. Тридцать седьмой год нашего столетия принес из-за этого немало горя. Стремление знать и помнить собственную историю расценивалось как проявление буржуазного национализма. Поэтому Булгарский переулок получает новое название — улица имени Комсомола. Некоторое время существовала улица Тимофея Николаева. Он был левый эсер, участник революций 1905 и 1917 годов. Это в его память Хузангай написал поэму «Хури». Рыбацкая слобода находилась у подножия Кувшинской горы. Здесь расселялись «самовольщики». Среди них немало рыбаков-любителей. Люди шутили: хорошее место выбрали — из дома да в воду, нырни — и в руках окажется рыба. Рыба водилась, да какая! Стерлядь, судак, налим, сазан... В те годы ловили сетью, бреднем и другими ныне запрещенными средствами. Рядом со слободой находились перевоз через Волгу, завод леспромхоза, лесопильный завод «Крестьянин», деревообрабатывающее предприятие детской колонии. В первые советские годы родилась Коммунальная слобода. Она первоначально состояла из домов, принадлежащих Владимирской церкви (женский монастырь). Здесь была одна из первых коммун города. Затем слобода обросла новыми улицами и домами. Старинную улицу Соборную после революции переименовали в Большую Советскую, затем в Чувашскую, потом в Константина Иванова. По этой улице проходила дорога ссыльных и каторжников, декабристов и революционеров. Гремя цепями и кандалами, они шли в Сибирь. Направляясь в Оренбург, в Чебоксары заезжал А. С. Пушкин, здесь побывали Г. Р. Державин и другие исторические личности. Улица была одной из главных. В конце ХIХ века здесь построили ликеро-водочный завод. В ранний советский период на Большой Советской размещались первый совнархоз, ЦИК СНК Чувашии, первая городская поликлиника и больница, собор и тюрьма. В тридцатые годы здесь построили кирпичный завод, Дом водосвета, а после войны — пивоваренный завод. Несколько переименований пришлось и на долю Второй Соборной. После революции ее назвали Малой Советской. Здесь размещались учреждения, типография и редакции первых советских газет. В свое время улица называлась Канашской, затем — Михаила Сеспеля. Неоднократные переименования — обычная судьба улиц и переулков Чебоксар. Это видно на примере улицы Нижегородской: она называлась улицей Ленина, несколькими годами раньше — Ленина Первая; в дореволюционный период имела два названия: Первая Новомосковская и Московский тракт. В ответ на убийство в 1919 году Карла Либкнехта и Розы Люксембург чебоксарцы активно выразили свои интернациональные чувства: сразу двум улицам присваивается имя Розы Люксембург и одной — Карла Либкнехта. Улица Розы Люксембург до этого называлась Архангельской, находилась на взгорье, начиналась с бульвара, пересекала улицу К.Иванова, проходила между аптекой № 1 и двумя церквами: Предтеченской и Архангельской, спускалась под горку на улицу Чернышевского (Набережно-Архангельская). На берегу Чебоксарки находился небольшой садик с катком. По мосту, переброшенному через реку, люди шли на базар, на Красную площадь. Улица Розы Люксембург Вторая, затем просто Розы Люксембург, называлась Старомосковской. Она соединила Красную площадь с берегом Волги. По настоящее время тут сохранились исторические архитектурные памятники — Успенская церковь, западная часть территории Троицкого монастыря с надвратной церковью Федора Стратилата, бывшие монастырские службы, а также постройки более позднего времени — гостиница «Турист» и Дом молодежи (кинотеатр «Родина»). Церковь Успения Пресвятой Богородицы (неофициально Успенская) построена в 1763 г. на средства пожертвований, в том числе, по слухам, Московского купца Дряблова. Одноглавая, двухэтажная, высота 25 метров, колокольня — 30 метров. Имелась часовня (1897 г.)*. Чебоксарская церковь, говорят, копия с Киево-Печерской. Похожих на Руси было несколько: в Петербурге, Владимире, Ростове, Суздале, Смоленске. Двухэтажная (ярусная) колокольня и часовня не сохранились. Сложенные из кирпича на известковом растворе — разборке не поддавались, поэтому их взорвали. В часовне поместили первый и единственный в городе газетный киоск. Церковь закрыта в 1929 году. В уцелевшей двухэтажной части долгое время находился Чувашский краеведческий музей. Затем освободившийся храм решили сохранить для потомков как архитектурный памятник, поэтому его обваловали песчаной насыпью, под которой скрыли полностью первый этаж, отчего утрачена высотность и архитектурный вид. Проектанты церковь оставили в заливе, как сооружение на острове. Поэтому «остров» соединили с «материком» лестничным пешим переходом. В церкви предполагали открыть зал органной музыки. Однако храм передан в распоряжение епархии. То, что сохранилось от Успенской церкви — это куцее свидетельство былого величия. Улица Карла Либкнехта находилась за речкой Кайбулкой и называлась прежде Солуяновским (Солуянским) переулком, начиналась от Большой Успенской (ул. Октябрьская), упиралась в Крестовоздвиженскую церковь, стоявшую на перекрестке одноименной улицы и Свиного переулка (ул. Гоголя). Перекресток улиц Гоголя и Кадыкова запоминался достопримечательностью Винокуренской стороны — церковью Крестовоздвиженской. Она имела свои приделы — во имя святых Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. Церковь закрыли в 1941 году якобы «в интересах безопасности прихожан», в штукатурке стен нашли мелкие трещины. Однако она простояла до 1979 года и была разобрана на блоки, чтобы здание воссоздать на новом месте, в районе Западного косогора. Площадка разобранной церкви использовалась под платную стоянку автомобилей. Несколько позже — под газозаправочную станцию. В 1980 году разобрали колокольню. Старожил Н. С. Листьев успел заснять колокольню и фото передать мне для использования. Скорее всего Николай Васильевич Гоголь мало что знал о Чебоксарах. Но благодарные жители захолустного волжского городка, почитатели таланта писателя дали его имя одной из старых улиц Винокуренной стороны. Свиной переулок начинался от улицы Воскресенской (Калинина) и через два квартала упирался в ул. Винокуренную (Застенная, Кувшинская гора). Однако этим названиям можно не верить. В перечне переименованных улиц 1926—1927 гг. название Застенная не значится. Зато есть нерасшифрованные переулки: Кривой, Закрытый, около огромного бака, где шла торговля керосином. Улица Калинина, что за Кайбулкой, круто поднимается по Воскресенской горе. В старину улица являлась продолжением этапа для ссыльных и каторжников, выходила на Казанский тракт. В народе его называли Екатерининским. По приказу императрицы Екатерины II путь на Казань был обсажен с обеих сторон двумя линиями берез. В междуречьях проходила пешеходная дорога. Вековые деревья вплоть до середины тридцатых годов ХХ века были украшением местности. До революции улица называлась Воскресенской. В первые годы Советской власти ей было присвоено имя Карла Грасиса Вторая, по фамилии первого председателя Чебоксарского Совета рабочих и солдатских депутатов, первого редактора газеты «Чебоксарская правда». Улица Калинина в наше время является основной транспортной магистралью восточного промышленного района города и дорогой на ГЭС и Новочебоксарск. В предвоенные годы город расширялся за счет выгонных земель вдоль рек Трусихи, Сугутки, Чебоксарки. Однако этой территории оказалось недостаточно. Колхозные земли считались неприкосновенными. В народе еще свежа была память о том, как колхозам вручили акты на вечное землепользование. Где же найти выход? Нашли: пригородные колхозы включили в городскую черту с подчинением горисполкому. Земля стала уже не колхозной, а городской, легче решался вопрос об отчуждении. На этих-то землях застраивались новые микрорайоны: Вокзальный, Совхозный и Кировский. Вдоль и поперек улиц Совхозная (Богдана Хмельницкого), Гражданская образуются новые улицы: Суворова, Тельмана, Кирова, Шмидта, Короленко, Некрасова, Островского, Достоевского... Эти кварталы и микрорайоны, начавшие застраиваться перед войной, наибольшее развитие получили после войны. Улицы называют именами героев и полководцев: Ватутина, Котовского, Щорса, Ивана Кочубея, Кутузова. В выборе названий преобладает линия на усиление интернационализма: появляются улицы имени Парижской Коммуны, Христо Ботева, Юлиуса Фучика, Яноушека, Патриса Лумумбы, Гузовского, Эгерский бульвар, Хевешская, Янки Купалы. Пополняется список улиц с именами местных политических, общественных деятелей, поэтов и писателей, артистов и композиторов: Яковлева, Петрова, Эльменя, Хузангая, Кривова, Кадыкова, Ашмарина, Магницкого, Кременского, Бичурина и др. Число улиц в городе приближается к тремстам, их общая протяженность — триста километров, более восьмидесяти процентов из них благоустроены, имеют электрическое освещение. Улицы города пропускают через себя десятки автобусных и троллейбусных маршрутов. Под мостовыми и тротуарами проложены сотни километров ливневой, хозяйственно-фекальной канализации, текут водные артерии, покоятся кабели, проходят теплотрассы. Город живет своей наземной и подземной жизнью. По названиям улиц пытаюсь понять историю города. Удобнее идти в глубь времен от современности... Чебоксары. Залив. Западный косогор. Вот улицы Первая и Вторая Герцена. Их начало попало в зону затопления и санитарной очистки. Многие дома уже снесены. Герцена Первая начинается с дома № 25. Она находилась на гребне Слюзовой горы и называлась до революции Слюзовой. Герцена Вторая возникла после 1927 года на базе самовольной застройки. У основания Слюзовой горы — три глубоких оврага. В наше время они безымянные, а в первые годы власти, как уже говорилось, имели названия Пролетарских: Первый, Второй, Третий. Если проследить по плану города 1926 года, то Пролетарский овраг № 1 идет параллельно улице Свердлова, северным концом под прямым углом пересекает Красноармейскую и выходит на улицу К. Иванова. Второй овраг, самый длинный, лежит от залива на запад и параллельно улице Герцена Первая выходит к Водопроводной. По плану 1908 года он значится Рязанским. Третий овраг начинается от Первой Герцена и выходит на улицу Нижегородскую (бывшая Ленина). ...Со старожилами улицы Первая Герцена супругами Марией Герасимовной и Александром Константиновичем Михайловыми и Сергеем Александровичем Андреевым стою на гребне Слюзовой горы у разветвления трех оврагов. Обозреваем местность, гадаем, где могло быть Рязанское ущелье. Его на плане нет, а в списках 1884 и 1913 годов числится. К востоку и юго-востоку располагается залив с Театральной набережной (Красная площадь). В нескольких шагах от нас начинается пешеходный мостик с ажурным чугунным ограждением. На северном пригорке — архитектурно-исторический памятник ХVII века — пятиглавый трехалтарный Введенский собор. Западнее от него — ликеро-водочный завод — одно из первых промышленных предприятий города. Под заводом — глубокий и широкий овраг, тот самый Рязанский (Второй Пролетарский). На дне его бьют два ключа. — Вот у этого источника, — говорит Александр Константинович, — моя тетка столкнулась с медведем. «Рано утром спускаюсь к роднику, — рассказывала она, — вижу: кто-то в вывернутой шубе ладошками воду пьет. Думаю, что за ряженый такой. Поднял он голову — я так и присела. Опомнилась — давай дёру». — Да, сюда заглядывали не только люди, даже медведи! — смеется Сергей Александрович. Ищем Рязанское ущелье. По инвентаризационной описи 1884 года, здесь жил мещанин Андрей Васильевич Рязанов, владелец одноэтажного деревянного дома с деревянной колокололитной мастерской. Значит, с этой фамилией связано название оврага и ущелья? А мы гадали, не связано ли оно с г. Рязанью, но в те годы с этим городом не было ни торговли, ни экономических связей. Вот оно само ущелье. Параллельно улице Свердлова в гору поднимается овраг, имевший название Первый Пролетарский. Его в летнее время трудно заметить. Узкая горловина оврага заросла кустами и деревьями, а под ними, словно лаз, просматривается ход. Это и есть чебоксарское «Дарьяльское» ущелье! В древности Рязанское ущелье могло служить естественным укреплением чебоксарского кремля с западной стороны. Два крутых берега. Скупо и лениво вытекает безымянный ручей. И не подумаешь, что это он прорыл в земле такую глубину. Сто лет назад по краю ущелья стояли 23 домовладения, а в 1913 году — 17. В документах этого времени домовладелец по фамилии Рязанов отсутствует. Не встречается он и в более поздних списках. Нет его ни среди купцов, ни среди раскулаченных. Значит, человек не выдержал конкурентной борьбы сначала в производстве колоколов, затем колокольчиков и бубенцов. Возможно, выехал из Чебоксар или рано ушел из жизни. А что стало с остальными домовладельцами ущелья? В советское время многие проживали здесь же, вплоть до сноса в порядке подготовки санитарной зоны ГЭС. Теперь большая часть переселена в благоустроенные дома. Доказательством того, что на данном месте лили колокола, а затем колокольчики и бубенцы, служат сохранившиеся до наших дней тигли — формы для литья. В некоторых домах формы и по сей день используются под цветочные горшки. Тигли лежат в земле под ногами, стоит только копнуть. Однако сбором и изучением их никто не занимается: ни Краеведческий музей, ни институты, ни даже археологи. Пройдет еще несколько лет — и от прошлого не останется и следа. Так создаются исторические пустоты. Лет двести и более назад город славился колокололитным производством, здешние колокола знали даже в Париже и Лондоне. В Чебоксарах колокола отливали и санным путем вывозили на внешний рынок. При пожаре 1773 года сгорело несколько колокольных «заводов». После пожара колокололитное дело пошло на убыль. С развитием железнодорожного транспорта город остался в бездорожной глубинке — и Чебоксары не выдержали конкуренции с городами, расположенными на железнодорожных путях, к примеру, Нижним Новгородом, Вяткой. Чебоксары перешли на литье малых форм — колокольчиков и бубенцов, но и здесь они не могли соперничать с валдайскими мастерами. Выходит, Рязанов был одним из последних мастеров ныне забытого промысла?.. Почти через год после опубликования в газете «Советская Чувашия» материала о Рязанском ущелье редакция получила письмо от Бирюковой-Засыпкиной Евдокии Петровны. «Я хочу несколько добавить к истории города, т.к. сама являюсь коренной жительницей Чебоксар и предки мои, и родители — уроженцы Чебоксар. Мне 86 лет — и я кое-что могу добавить к истории Чебоксар. Почему-то А. И. Терентьев не написал о Кувшинской горе и Кувшинском переулке на Восточном косогоре. Вот там я и родилась и жили мои родители. Дом и сейчас стоит, № 14... Хочу рассказать о своем отце Засыпкине Петре Дмитриевиче, у которого была колокололитная мастерская». Жила здесь семья Засыпкиных примерно в последней четверти ХIХ века. Во дворе была кузница с горном, большим меховым поддувалом и наковальней. Письмо интересно еще и тем, что оно раскрывает технологию ныне забытого литья колоколов. «Мой отец отливал колокольчики — поддужные и шейные, — пишет Евдокия Петровна. — В горн (примерно на пуд литья) он клал медные болванки, добавлял туда старые медные деньги и нагревал эту смесь до кипения. Сплав получался огнедышащий. До этого проводилась большая работа — землю под опок брали в поле или овраге. Отец тщательно ее обрабатывал — просеивал, сушил. Все это, называемое формовкой, засыпалось в соответствующие отверстия нужной формы. Когда сплав был готов, отец звал мою маму. И вот тут начиналось священнодейство. Сплав они лили вдвоем — двухсторонним ухватом. В доме стояло большое колесо, приводившее в движение токарный станок, на котором шлифовались готовые отлитые изделия. Вертеть колесо было трудно, поэтому все дети, а нас было пять дочерей, крутили его по очереди. Приходили еще мастеровые с пароходов, просили отлить части для машин — шестеренки, сухарики и т.д. Отец отлично их отливал. Сбывал свою продукцию отец ямщикам ближайших деревень, они обычно сами приходили заказывать колокольчики. Вывозились изделия в Казань, Тетюши, Симбирск. В летнюю пору ездили на ярмарку в Цивильск, там торговля была удачная. Так продолжалось до 1914 года, пока отец не заболел (сказались тяжелые условия труда в литейной мастерской) и бросил это дело. Отец умер в 1936 году». Из письма Евдокии Петровны стало ясно, что колокололитный промысел продолжал существовать в городе и в начале ХХ века. Я познакомился с подворным списком Чебоксар 1913 года. Действительно, П. Д. Засыпкин проживал в Кувшинском переулке, имел деревянный дом со строениями. Все домовладение оценивалось в 50 рублей. После опубликования материалов о Рязанском ущелье художник Иван Петрович Аверьянов принес в редакцию поддужный колокольчик, который более пятнацати лет висел над входной дверью его квартиры и своим малиновым звоном извещал хозяев о приходе посетителей. Колокольчик имеет диаметр 14,2 см, высоту 9,5 см, вес 630 граммов. На его ободке выпуклыми буквами написано: «Лил сей ко, в Чебоксаре Лев Рязанов». Но кто он, не родня ли Андрею Васильевичу или просто однофамилец, когда и на какой улице проживал? Что сталось с самим Андреем Васильевичем Рязановым? В поддворном списке 1913 года его фамилии нет, но на улице Винокуренной и набережной Винокуренной имелись два домовладения наследников Рязановых. Одно домовладение оценено в 10 рублей, другое — 60 рублей. Но в списках ни имени, ни отчества наследников не приводятся. И все-таки удалось еще кое-что узнать о А. В. Рязанове. Однажды, перебирая посемейные списки жителей города Чебоксар, я вышел на справку Чебоксарского Введенского собора с метрической выпиской от 31 мая 1882 года, подписанную протоиереем Богородицким и дьяконом собора Романовским. Основанием для выдачи подобной справки послужил запрос городской управы от 25 мая 1882 года за № 545. Суть дела в том, что мещанин Андрей Васильевич Рязанов решил справить паспорт для своего сына Тимофея. Паспорт был выдан сроком на 6 месяцев с условием возврата 28 ноября 1883 года. Документ интересен, и я делаю выписки: возраст — 20 лет, рост — 2 аршина 5 вершков, волосы и брови русые, глаза желто-карие, нос — обыкновенный, лицо — чистое. Паспорт понадобился Тимофею для женитьбы на дочери крестьянина Кукаркиной слободы Дмитрия Андреевича Федорова (имя невесты не названо), вероисповедания православного. Повенчаны они были в Троицком соборе 15 апреля 1884 года. Поддужный колокольчик, что в наше время хранится в семье художника Аверьянова (ныне покойного), имеет возраст не менее 140 лет. Посудите сами: сыну Льва Рязанова в 1884 году было 53 года, а колокол лил его отец. Прослеживаются еще другие члены семьи Рязановых: Логин (имя), Захар и Степан Павлович. Рязанов Павел Иванович. Рязановы были мещане, занимались колокололитным ремеслом. С потерей заказчиков и рынка сбыта своей продукции некоторые из них выехали на новое местожительство: Сергей Львович на Новогородчину, Тимофей — на Вологодчину. Еще одна особенность: Рязановы, как и многие чебоксарцы, жили недолго, умирали рано, чаще в расцвете сил. Эта особенность имела распространение даже среди купеческого сословия. Публикация материалов о Рязанском ущелье вызвала отклики читателей, которые заинтересовались колокольчиками и бубенцами. Об этом мне говорили при встрече знакомые, звонили по телефону: — Помнишь, как отыскивали в лесу коров? По звону колокольцев хозяева угадывали, где пасется их буренка. — При помощи звона колокольчика лошади в ночном сообщали о себе. — Не забыл, как свадебные экипажи сопровождались звоном колокольчиков и бубенцов?.. Да, я помнил эти сельские картины из далекого и близкого прошлого...
Система управления контентом
428004, г. Чебоксары, Президентский бульвар, д. 10
Канцелярия: (8352) 39-35-84
Факс: (8352) 62-17-99
E-Mail: delo@cap.ru
TopList Сводная статистика портала Яндекс.Метрика